74.89p
84.82p
12:51
01.12.2021
15949
 

Как севастополец превратился из бомжа в приличного человека

 

Встройте "ИНФОРМЕР" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен
Добавьте "ИНФОРМЕР" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google
Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках

из бомжа в приличного человека

На редакционную почту «ИНФОРМЕРа» пришло письмо от бывшего БИЧа. Когда-то этот человек оказался на дне жизни, но сумел вырваться. Сейчас он – полноценный член общества, и никто бы не сказал, что всего несколько лет назад вёл, говоря официальным языком, асоциальный образ жизни. По его просьбе мы не публикуем имя и фотографию. Далее от первого лица:

«Здравствуйте, уважаемая редакция! Увидел на вашем сайте несколько историй про бомжей. Хочу поделиться рассказом о своей жизни. Может, кому-то мой рассказ поможет.

Сейчас мне 45 лет. Приличный человек. Занимаюсь строительством. А ведь ещё семь лет назад я находился на грани выживания, на самом дне, и пил, что называется, по-чёрному. Сейчас и не скажешь.

А начал я скатываться после армии. Служил в погранвойсках на Дальнем Востоке. Конец службы совпал с развалом Советского Союза. В 1991 году я ушёл на дембель и вернулся в родной Севастополь, уже, считай, в другую страну. Перемены меня подкосили, хотя о политике я тогда особенно не задумывался. Большим ударом для меня стало предательство любимой девушки. Вернувшись, узнал, что у неё другой – морячок из гражданских.

Вот и стал я своё «горе» заливать водкой. Мать с отцом сначала меня не трогали, дали месяц освоиться. А я пил, шатался по городу со школьными товарищами и о будущем не думал. За плечами – два армейских года, а страны, границы которой я защищал, уже не было.

В начале 92-го года умирает отец. Ему было всего 53 года. Но идейный коммунист, он остро переживал перемены – сердце не выдержало. Я стал единственным кормильцем семьи. Пришла пора браться за ум. Мать попыталась устроить на Севморзавод, но уже тогда было понятно, что там не прокормишься.

Покрутился, повертелся, и вышел на одного местного бандита. Устроился к нему охранником – армейский опыт помог. Не буду вдаваться в подробности того периода. Разное было. Но, слово даю, в убийствах и прочей черни не замешан. Я, в основном, ездил сопровождающим на грузовых поездах. Тогда такое время было: на транспортную милицию рассчитывать не приходилось (даже не помню, была ли она). Везёшь ты стройматериалы, какие-нибудь бананы с апельсинами и если хочешь довезти груз до места назначения – нанимай охрану.

Полились шальные деньги. Море выпивки, девушки, не жизнь – сказка. Всё закончилось, когда мой шеф исчез. Я так и не знаю, убили его, или он сбежал. Я тогда был в очередном «рейсе». Вернулся, а меня у дома встречают «братки» из конкурирующей бригады. Слава богу, матери тогда не было – она уехала к сестре на Украину. Я подался в бега. Пару недель прятался по друзьям. Потом узнал, что никто меня не ищет. Слишком я мелкой сошкой был для серьёзных ребят.

Так закончилась моя криминальная «карьера». За время работы я кое-что подкопил. Подумывал открыть своё дело. Но, откровенно, боялся встречи с бывшими товарищами - уже в роли дойной коровы. Не нашёл ничего лучше, чем начать заливать своё горе.

Мать только плакала по ночам. После смерти отца она сильно сдала, и на меня – здорового лба – управы не находила. Да и не слушал я её. Пил себе и пил. Перебивался случайными заработками, покупал «бухло» и уходил в запой. Но однажды мать всё-таки не выдержала и выгнала меня. Поменяла замки и на прощание сказала:

«У меня никого не осталось. Муж умер, а теперь – и сын».

Так начались мои мытарства. Где я только не был, пол-Украины точно исколесил. Перемещался, не глядя, из города в город, порой даже не запоминая названия. Бегал от «ментов», жил в подвалах и коллекторах. Но главное, везде находил таких же, как я: бездомных и бывших интеллигентов. Недостатка в «друзьях» не было. Сколько за это время было выпито, я даже не считал. А потом я попал на зону. Однажды залез в магазин, стащил еды и алкоголя. Там и отметил удачную «охоту». В общем, утром меня нашла продавщица. Повесили на меня едва ли не все недостачи в магазине. Дали два года колонии. Свой срок я отбывал на Западной Украине. Освободился в конце 2009 и решил вернуться в Севастополь.

В свои неполные сорок я выглядел на 60. Половины зубов нет, язва, больная печень. Мать – она ещё жива была – едва меня узнала (лет 15 прошло с нашей последней встречи). Но приняла. Я отсиживался какое-то время. Домашняя еда и мамина забота немного вернули меня к жизни. Только вот с работой было плохо. Больной, только что откинувшийся с зоны, мужик особо никому не нужен был. Мать хлопотала, справила мне паспорт. А я от отчаяния и слабости снова взялся за бутылку.

Мама, видимо, от расстройства заболела. Её крошечная пенсия почти вся уходила на лекарства. Тут бы мне взяться за ум. Но нет. Я стал выпивать ещё больше. Дошло до того что я отбирал у матери деньги и покупал спиртное. Она почти перестала вставать. Только плакала всё чаще. Я, когда из своего пьяного бреда выходил, слышал всё это. Корил себя, но ничего не мог, точнее, не хотел, делать, чтобы как-то исправить положение. Недочеловек, короче.

Спустя полгода такой жизни мамы не стало…

Кое-как собрал денег, какие-то друзья мамины нашлись. В общем, похоронил я маму рядом с отцом. На девятый день после её смерти, по традиции, пришёл на кладбище. Как сейчас помню, я рано туда отправился, выпил рюмку. Смотрю на памятник отцовский (мать сама справила), на фотографию мамину и вдруг начал рыдать, как в детстве.

Слёзы градом льются, сижу, только успеваю утирать. Ещё немного, и я следом пойду. А что у меня есть – только родительская квартира и «друзья» по стакану. Ни детей, ни дела не нажил. И так захотелось что-то поменять, исправить свою жизнь. А как? Выглядел я тогда, что полутруп. За плечами срок и много лет пьянки. Кто за такого поручится?

Уж не знаю, то ли бог, то ли судьба надо мной сжалились. В тот день на кладбище пришёл Константин Иванович (я дальше его Иванычем буду называть). Он пришёл проведать супругу, с которой прожил почти 50 лет. Но в свои 70 он выглядел крепким и здоровым мужиком, как говорится, косая сажень в плечах. Всю жизнь работал на стройках, возводил БАМ (Байкало-Амурская магистраль - прим. редакции), там и познакомился со своей Ниной. Нажили они троих детей и пятерых внуков. Это всё Иваныч мне потом рассказал.

А тогда он просто подсел ко мне. Молча забрал из рук бутылку и вылил остатки водки в землю. А у меня ни сил, ни желания сопротивляться не было, только подумал про себя: «Вот козёл! Ладно потом ещё найду…»

Иваныч так просидел минут 15, а потом слово за слово, мы разговорились. Я ему свою историю и рассказал. Он послушал и говорит:

«Я тебе помогу. Только одно условие: с этого дня – ни капли в рот. Выпьешь хоть раз – отправишься обратно в своё дно и поминай, как звали».

И что-то в моём затуманенном мозгу щёлкнуло тогда. Я понял, что жизнь даёт мне шанс, а если я не воспользуюсь им сейчас, то завтра окажусь в какой-нибудь канаве, бухой и захлебнувшийся собственной рвотой.

Оказалось, Иваныч затеял стройку на даче, на Фиоленте. Решил построить большой дом для внуков. Но возраст уже не тот, и без помощника трудно, да и сторож был нужен – охранять стройку. Поселил меня Иваныч во времянке на первое время. Как он объяснил, чтобы в городе не было искушений. Кормил, поил, потом и денег стал платить.

Стали мы дом возводить: от фундамента до крыши. Все работы практически вдвоём и выполнили. Первое время мне было очень трудно. Годы, потраченные на беспробудную пьянку, давали знать. Иногда бывало, хотелось сорваться. Но тогда всплывали в памяти мамины слёзы, и от бутылки отвращало. Да и не хотелось доверие Иваныча терять. Ведь именно оно, считай, меня с той стороны и вытянуло. Без его веры в меня и помощи не было б повода писать сейчас.

Иваныч о стройке знал всё. Учил меня всем тонкостям – как выбрать материалы, как класть кирпич, как соорудить дымоход, как правильно шпаклевать, даже как обои клеить. В общем, за полтора года, что мы строили дом, я обучился строительному делу. Про выпивку перестал и думать. Физически окреп. Даже язва моя перестала беспокоить. Скопил немного денег и стал потихоньку родительскую квартиру приводить в порядок. К счастью, ума хватило её не пропить.

Когда дом был построен, мы справили новоселье. Я не пил. И вообще, с тех пор ни капли в рот не беру. Стройка окончилась, а куда дальше? Иваныч снова помог. Порекомендовал меня своему товарищу, который ремонт с перепланировкой в квартире затеял. Тот – уже другому. Так из рук в руки меня и «передавали». Сначала я работал один. А после стал собирать свою бригаду, из таких же бомжей и бичей, как и я когда-то был.

Стал ходить по пивнушкам, общаться с людьми, искать в них проблески разумного. И стал вытягивать. Главное условие – не пить. За четыре года я вытянул 4 человек. Мало, конечно, но и я - не благотворитель. Каждому, кто соглашался на работу, ставил жёсткие условия – никакого спиртного, работать по 12-14 часов. В первое время – никаких денег. Я сам покупал ребятам еду, организовывал проживание, а заработок оставлял у себя. Если человек выдерживал, не срывался – после сдачи объекта я выплачивал всё до копейки. Соглашались не многие. Подозревали, что «кину». А я таким образом отдавал и продолжаю отдавать дань уважения Иванычу, чьё доверие вернуло меня к нормальной жизни.

Сейчас у меня в бригаде трое. Один уехал на Родину - Украину. Я никого не держу. Если человек встал на ноги и решил пойти своей дорогой – всегда желаю доброго пути. Отношения с ним поддерживаю по мере сил, слежу, так сказать, чтобы не сбился с верной дороги. За эти годы только один человек сорвался. Не выдержал. Выпил. Потом долго меня умолял взять обратно. Я остался непреклонен. Не знаю, может, жёстко, и я не прав. Но, как себе не даю поблажки, так и другим.

Двое из «моих» строителей устроили личную жизнь. У одного из них недавно родилась дочурка.

Я пока жениться не собираюсь – хватает забот о своих взрослых пацанах.

Что хочется сказать? Не все среди бомжей и бичей окончательно потеряны для общества. Только из-за отношения окружающих вырваться из трясины очень сложно, подчас, невозможно. Мне повезло, встретился человек, который поверил в меня. Но одной веры мало, необходимо своё желание. Если судьба дала шанс – нельзя отступать.

Вера другого и собственная воля – это то, что может позволить вырваться из болота, как у вас писали, маргинальности. Если тебе протягивают руку помощи, то только ты сам решаешь, хвататься или прозябать дальше.

Об этом постоянно твержу своим ребятам.

Я, конечно, сомневаюсь, что кто-то из таких же, каким и я был совсем недавно, прочитает мою историю в интернете. Она, скорее, для нас – «нормальных».

Часто вижу, как люди отмахиваются от тех, кто оказался за гранью. Кто-то брезгливо морщится, кто-то кинет монетку и забудет, а кому-то в радость поиздеваться, избить. Да и сам я неоднократно становился жертвой буйной молодёжи или старательных полицейских. Хотя согласен, есть среди опустившихся такие, что не достойны помощи. Именно поэтому я не хочу публикации своих имени и фотографии. Для общества даже приставка «бывший» вызывает недоверие. Но не буду философствовать…

Люди, если есть у вас возможность, окажите помощь. Не деньгами. Нет. Пропьют и ещё будут радоваться, что такого «глупца» встретили. Работой, документами. Возможно, ваша протянутая рука станет тем мостом, который вернёт человека в нормальную жизнь.

С уважением,

«Бывший БИЧ»



Материалы по теме:

Почему гость из Санкт-Петербурга оказался в полиции, или как «ИНФОРМЕР» искал ловца мидий

В Севастополе из-под одеяла на земле был слышен храп загадочного Александра

 

Встройте "ИНФОРМЕР" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен
Добавьте "ИНФОРМЕР" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google
Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках



15949