«Разговоры о возвращении — это пиар»: эксперты — о смертной казни на фоне СВО и терактов, в том числе в Севастополе

Для города это не первый подобный эпизод за лето. Четвёртого августа ФСБ отчиталась о пресечении деятельности диверсионной группы в Севастополе: двое мужчин 1992 и 1999 годов рождения, по версии следствия, готовили покушение на главу одного из новых регионов России и проходили обучение обращению со взрывчаткой. А в начале июня в Крыму был задержан 63-летний севастополец, которого обвинили в госизмене в форме шпионажа — по данным ФСБ, он передавал украинской стороне сведения о военнослужащих Минобороны РФ и их семьях.

Это только часть эпизодов — по сути, враг продолжает убивать наших граждан, не боясь возмездия.

Именно на этом фоне в стране с новой силой заговорили о смертной казни. И было бы неправильно молчать о том, о чём думает каждый второй.

Дискуссия, вспыхнувшая заново

Пятого августа текущего года бывший генеральный прокурор России Юрий Скуратов в эфире радио «Комсомольская правда» выступил за возвращение смертной казни для узкого круга преступлений — прежде всего связанных с терроризмом и преступлениями против человечности. Он напомнил, что юридически высшая мера в России не отменена, а лишь приостановлена, и сослался на тяжесть последствий подобных преступлений для государства.

На следующий день тему продолжил замначальника Главного военно-политического управления Вооружённых сил России, командир отряда «Ахмат» генерал-лейтенант Апти Алаудинов. В беседе с ТАСС он заявил, что после завершения специальной военной операции в России стоило бы временно возобновить смертную казнь — для проведения трибунала над военными ВСУ, осуждёнными за военные преступления, по аналогии с Нюрнбергским процессом. Отдельно генерал уточнил, что для таких осуждённых, по его мнению, допустима только казнь через повешение.

Для Крыма и Севастополя это не новая тема. Депутат Госдумы от Крыма, член комитета по безопасности Михаил Шеремет ещё в 2024–2025 годах неоднократно предлагал на период СВО снять мораторий на смертную казнь в отношении террористов, указывая, что резонансные попытки терактов на территории России со стороны киевского режима участились и преследуют цель дестабилизировать обстановку и посеять панику среди населения.

Что об этом думают простые люди

Тема волнует не только политиков и генералов. По данным февральского опроса ВЦИОМ, вопрос о применении смертной казни остаётся значимым для 73% россиян. Почти половина опрошенных, 49%, высказались за то, чтобы это наказание разрешить, 26% — за сохранение действующего моратория, ещё 15% — за полную отмену высшей меры.

С возрастом поддержка казни заметно растёт: если среди зумеров преобладают сторонники полной отмены наказания, то в старших возрастных группах доля, выступающих за его возвращение, превышает половину.

Для жителей Севастополя, где взрывы и задержания по делам об измене и диверсиях в последние месяцы обсуждаются в местных пабликах и мессенджерах почти регулярно, этот вопрос звучит так же остро, как и для других регионов, где это происходит на глазах местных жителей. И это не демагогия, не утопия, и не абстракция.

Почему решение всё равно не примут завтра

При этом ключевые фигуры правовой системы настроены однозначно против пересмотра моратория. Председатель Верховного суда России Игорь Краснов, комментируя эту тему ещё будучи генеральным прокурором, заявил в Совете Федерации, что возвращение смертной казни невозможно, а позиция государства по этому вопросу окончательна и основана на решениях Конституционного суда.

Схожей позиции придерживается член Совета по правам человека, председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов. По его оценке, все разговоры о возвращении смертной казни — это эмоциональная демагогия, поскольку Конституционный суд уже дал по этому вопросу однозначное определение.

Для реального снятия моратория, подчёркивает Кабанов, потребовалось бы либо проведение конституционного референдума, либо введение военного положения — то есть шаги совершенно иного политического масштаба, чем публичные заявления отдельных чиновников и общественных деятелей.

Свою бескомпромиссную позицию по этому вопросу неоднократно обозначал и президент России Владимир Путин. В отличие от генералов и парламентариев, он последовательно выступает против отмены моратория даже в условиях специальной военной операции.

В публичных выступлениях и через официальных представителей Кремля Путин подчёркивал, что эта тема в администрации президента «даже не обсуждается», а его позиция опирается на решения Конституционного суда и не подлежит пересмотру.

Глава государства прямо связывал сохранение моратория с общим курсом на гуманизацию судебной системы, отмечая, что эмоциональные призывы ужесточить наказания не должны менять конституционно-правовой конструкции. Таким образом, президент фактически ставит точку в дискуссии, подтверждая, что никакие резонансные теракты или общественные запросы не приведут к возвращению высшей меры в обозримом будущем.

Таким образом, несмотря на растущее число резонансных дел о терроризме и государственной измене в Севастополе и высокий общественный запрос на ужесточение наказаний, юридическая конструкция моратория пока остаётся неизменной. Дискуссия вокруг смертной казни в очередной раз обнажила разрыв между настроениями значительной части общества и позицией высших судебных инстанций — и, судя по всему, этот разрыв в обозримом будущем никуда не денется.