Жёсткий путь: в Севастополе прикрыли коммерцию в самовольном доме

В Севастополе на площади Пирогова прокуратура добилась запрета на сдачу помещений в аренду в самовольном доме. Собственник, который пытался зарабатывать на коммерческих площадях, теперь лишился этой возможности — суд встал на сторону надзорного ведомства.

Речь идет о доме № 3, построенном на земле под индивидуальное жилищное строительство. Формально это одна из трех секций проблемного комплекса, который несколько лет висит в воздухе: снести его не могут, узаконить тоже не выходит. На первом этаже раньше работали торговые точки, потом — служба доставки еды. Но разрешения на ввод здания в эксплуатацию у владельца так и не было.

Прокуратура Ленинского района потребовала запретить собственнику сдавать помещения, а коммерческой организации — использовать их. Суд требования удовлетворил полностью. Дополнительно фирму-курьера и ее директора привлекли к административной ответственности за эксплуатацию объекта без разрешения на ввод в эксплуатацию.

Похожее дело сейчас рассматривают и по соседней секции — дому № 5. А сам дом № 3, вместе с блоками № 5 и № 7, давно признан самовольной постройкой, подлежащей сносу. Но стоит до сих пор.

В 2023 году губернатор Михаил Развожаев называл снос одного из блоков «идиотизмом» и предлагал искать компромисс, вплоть до передачи части площадей городу. Компромисс так и не нашли. Теперь же город пошел по более жесткому пути — закрывает коммерческое использование здания, которое изначально не должно было превращаться в многоквартирник.

Эта история показывает, что в Севастополе проблема самостроев давно вышла за рамки спора о стенах и документах. Здесь уже речь о том, как долго может существовать объект, который формально не должен работать, но на практике приносит доход, принимает арендаторов и живет обычной коммерческой жизнью. Прокуратура в итоге бьет не только по зданию, но и по самой схеме, когда незаконная постройка начинает вести себя как легальный бизнес.

Запрет на аренду — шаг не самый громкий, но довольно жесткий. Он не решает вопрос с самим домом, зато перекрывает один из способов его фактической легализации через коммерцию. И это важный сигнал: если объект признан самовольной постройкой и подлежит сносу, любые попытки выжать из него прибыль будут встречать сопротивление уже не на уровне разговоров, а в суде.

Для собственника это означает потерю дохода, для арендатора — риск внезапно оказаться в незаконной схеме, для города — еще один способ не позволить ошибке закрепиться как норма.

Для Севастополя это еще и вопрос дисциплины городской среды. Пока такие дома работают в полусерой зоне, они создают ложное ощущение, что незаконность можно переждать, а потом как-нибудь оформить.

Но нынешнее решение показывает обратное: чем дольше объект остается в правовом подвешенном состоянии, тем жестче может стать ответ. И в этом смысле запрет на аренду — не просто локальная мера, а попытка вернуть границу между разрешенным и тем, что годами пытались выдать за обыденность.