Государство 6 лет помогало россиянам покупать квартиры по сниженным ипотечным ставкам. Результат получился с неприятной арифметикой: новостройки за это время подорожали на 112%, значительно опередив рост доходов населения.
Дешёвые кредиты позволили покупателям занимать больше, но значительная часть этой выгоды растворилась в стоимости квадратных метров. Теперь в Банке России считают массовую льготную ипотеку неудачным экспериментом, который повторять не следует.
18 ноября советник председателя ЦБ Кирилл Тремасов на Уральском форуме недвижимости в Екатеринбурге подобрал для этой истории вполне житейское сравнение — «на эти грабли» второй раз, по его мнению, никто наступать не собирается.
Проблема в том, что ипотечный рынок уже успел привыкнуть к государственной поддержке. И расстаться с ней будет непросто.
В сентябре 2026 года около 70% всех выданных ипотечных денег пришлись на льготные программы. Государство продолжает тратить на субсидирование кредитов 1,6–1,7 трлн рублей ежегодно. При этом средняя ставка по рыночной ипотеке составляет 18% — уровень, при котором покупка квартиры для многих семей превращается из финансового плана в задачу с практически недостижимым ежемесячным платежом.
Получается замкнутый круг. Льготы поддерживают спрос, а вместе с ним и высокие цены. Без льгот покупателей становится меньше, продажи новостроек замедляются, застройщики осторожнее начинают новые проекты.
Центробанк хочет вернуть рынку нормальную экономику. Но чем дольше рынок жил за счёт дешёвых государственных кредитов, тем болезненнее становится возвращение к обычным условиям.
Всё начиналось вполне разумно.
Весной 2020 года, когда пандемия остановила значительную часть экономической активности, государство предложило россиянам ипотеку на новостройки под 6,5%. Идея была понятной: поддержать строительство, дать работу предприятиям и помочь гражданам, которые собирались приобрести жильё.
Девелоперы получили покупателей. Банки — новые кредитные договоры. Семьи — возможность платить меньше процентов.
Но временная антикризисная программа постепенно превратилась в постоянный инструмент поддержки строительного рынка. Её условия менялись, ставки пересматривались, а сама система продолжала подталкивать людей к покупке новостроек.
И здесь сработал механизм, который экономисты знают хорошо, а покупатели обычно замечают уже после подписания договора.
Если дешёвых кредитов становится больше, покупатели получают возможность занимать крупные суммы. Но готовых квартир от этого немедленно не прибавляется. Между появлением дополнительного спроса и строительством нового дома проходят годы. Продавец видит, что покупателей с деньгами стало больше, и постепенно повышает цену.
Скидка на кредит остаётся. Только сама квартира обходится дороже.
По данным исследования «Эксперт РА», подготовленного Антоном Табахом и Анастасией Подругиной, с конца 2020 года по III квартал 2026-го первичное жильё в России подорожало в номинальном выражении на 112%. Вторичное — на 66,1%.
Инфляция объясняет часть удорожания. Но далеко не всё. Даже после её учёта реальные цены на новостройки выросли на 33,9%, тогда как вторичный рынок прибавил лишь 4,9%.
Ещё выразительнее выглядит сравнение с заработками.
Во II квартале 2021 года квадратный метр новостройки стоил в среднем 1,55 месячной начисленной зарплаты. Спустя 5 лет — уже 1,99 зарплаты. Иными словами, человек мог получать больше рублей, но на покупку квартиры ему требовалось отдавать всё большую часть заработанного.
Ипотечная ставка выглядела привлекательнее. Жильё — нет.
Разумеется, было бы слишком удобно списать весь рост цен на одну государственную программу. За эти годы дорожали строительные материалы, земля, оборудование, рабочая сила и финансирование самих застройщиков.
Однако влияние льготной ипотеки подтверждается не только совпадением сроков.
В исследовании экономистов Дмитрия Ломоносова и Андрея Полбина, которое приводит «Эксперт РА», вклад ипотечных программ в уровень реальных цен на первичном рынке во II квартале 2024 года оценён в 19,7%.
Это модельная оценка, а не попытка объявить все остальные причины несущественными. Но она показывает, что субсидирование спроса стало одним из крупных факторов удорожания недвижимости.
Государство помогало людям покупать жильё. И одновременно создавало условия, при которых за то же жильё приходилось платить больше.
У этой истории есть ещё один результат: российский рынок недвижимости фактически разделился на 2 сегмента с разными кредитными возможностями. Покупатели новостроек долгое время имели доступ к льготным ставкам. Приобретателям готового жилья в большинстве случаев приходилось рассчитывать на рыночную ипотеку.
Разница проявилась в ценах.
В III квартале 2026 года средняя стоимость квадратного метра новостройки достигла 226,5 тыс. рублей. На вторичном рынке она составляла 149,2 тыс. Разрыв — почти 52%.
Однако здесь важно не попасть в ещё одну статистическую ловушку. Эти цифры не означают, что две одинаковые квартиры на соседних улицах обязательно различаются по стоимости в полтора раза. Первичный и вторичный рынки отличаются составом объектов, расположением домов и качеством жилья. В общероссийском показателе всё это смешивается.
Банк России проанализировал реальные банковские сделки и установил, что при сравнении новостроек и вторичных квартир возрастом до 10 лет в одном городе разница обычно составляет порядка 10–15%. Это значительно меньше 52%, хотя и такой разрыв для покупателя весьма ощутим.
Есть ещё одно обстоятельство: готовая квартира нередко продаётся с ремонтом. В новостройке покупателю иногда предстоит самостоятельно оплатить отделку и ждать окончания строительства.
Впрочем, даже с учётом всех оговорок тенденция остаётся устойчивой.
«Эксперт РА» установило, что в 67 из 78 исследованных территорий с I квартала 2021 года по III квартал 2026-го цены на первичное жильё росли быстрее вторичного. В Крыму расхождение оказалось особенно заметным: новостройки подорожали на 105,9%, вторичные квартиры — на 26,3%.
Для покупателей это означает, что привлекательная ипотечная ставка может сопровождаться значительно более высокой ценой самого объекта. Ипотечный договор покажет красивый процент. Но оплачивать придётся всю квартиру.
В октябре министр финансов Антон Силуанов назвал сумму, которая объясняет, почему государство теперь гораздо осторожнее относится к субсидированию жилищных кредитов.
В 2026 году расходы федерального бюджета на льготные ипотечные программы оцениваются в 1,6–1,7 трлн рублей. В 2025-м они составляли около 2 трлн.
Когда рыночные процентные ставки были ниже, аналогичные расходы находились в пределах 200–300 млрд рублей ежегодно. Разница объясняется устройством субсидии. Банк предоставляет человеку ипотеку по льготной ставке, а государство компенсирует ему предусмотренную правилами программы разницу. Чем выше обычные ставки, тем дороже обходится бюджетная поддержка. Причём закрыть программу для новых покупателей — не значит перестать платить по старым обязательствам.
Массовая ипотека под 8% завершилась 1 июля 2024 года. Но государство продолжает финансировать заключённые ранее договоры. И будет делать это ещё многие годы.
Тремасов на Уральском форуме напомнил о вещи, которую легко забыть, глядя на рекламные обещания дешёвых кредитов: бесплатных льгот в экономике не существует. Расходы на них оплачиваются из бюджета. То есть в конечном счёте из средств налогоплательщиков, включая тех, кто вообще не имеет права на субсидируемую ипотеку.
Возникает вопрос справедливости распределения поддержки.
Одна семья получает кредит под 6%, другая, не соответствующая условиям программы, вынуждена рассматривать ставку 18%. При этом бюджетные расходы на первую семью финансируются за счёт общих государственных доходов.
Но у Центробанка есть и более серьёзное макроэкономическое возражение.
Массовые льготные кредиты поддерживают спрос даже тогда, когда регулятор повышает ключевую ставку, пытаясь сдержать инфляцию. В результате денежно-кредитная политика действует на разные группы заёмщиков неодинаково.
Тремасов считает, что широкое субсидирование само способствует сохранению более высоких рыночных ставок. Это позиция регулятора, а не доказательство того, что отмена всех льгот немедленно удешевит ипотеку: на стоимость денег одновременно влияют инфляция, бюджетная политика и ожидания банков.
Но противоречие действительно существует. Государство помогает одним гражданам получать дешёвые кредиты, в то время как для остальных финансирование остаётся дорогим.
Самая интересная часть истории начинается после отмены массовой программы. Казалось бы, государственные субсидии должны постепенно уходить с рынка, уступая место обычному банковскому кредитованию.
Но статистика показывает другое. В сентябре 2026 года российские банки выдали 125,2 тыс. ипотечных кредитов на 617,1 млрд рублей.
Из них 433,5 млрд рублей пришлись на программы господдержки. Это около 70% всего денежного объёма выдач.
Сентябрь, правда, был необычным. Покупатели торопились заключить договоры перед изменением правил семейной ипотеки с 1 октября. Именно поэтому объём льготных кредитов за месяц вырос примерно вдвое.
Если взять более продолжительный период, зависимость выглядит менее драматичной, но всё равно значительной.
За январь–сентябрь 2026 года государственные программы обеспечили около 63% ипотечных выдач в денежном выражении. Годом ранее их доля достигала 83,4%.
Можно было бы решить, что рынок стремительно отказывается от субсидий. Но не стоит торопиться.
В абсолютных суммах льготная ипотека практически не сократилась: 2,25 трлн рублей против 2,21 трлн годом ранее.
Изменилась другая часть рынка. Объём обычного ипотечного кредитования вырос с 440 млрд до 1,32 трлн рублей.
Получается, доля государственных программ уменьшилась главным образом потому, что восстановилась рыночная ипотека.
Льготных денег меньше не стало. Просто рядом появилось больше обычных.
Особенно показательно сравнение процентных ставок. Средневзвешенная ставка по всем ипотечным кредитам, выданным в сентябре, составляла 8,6% годовых. Приятная цифра. Пока не выясняется, что по кредитам на рыночных условиях средняя ставка оставалась на уровне 18%.
Это две разные ипотеки, существующие в одной экономике. Одна доступна людям, соответствующим условиям господдержки. Другая — тем, кто в эти условия не попал.
Поэтому заявление о завершении эпохи массовых льгот вовсе не означает, что российский рынок уже научился обходиться без бюджетных денег. Скорее наоборот: он только пытается этому научиться.
Слова Тремасова о завершении массовых программ нельзя превращать в сообщение об отмене всех льготных жилищных кредитов. Семейная, дальневосточная и арктическая, сельская и ИТ-ипотека продолжают действовать. Однако государство постепенно сужает круг получателей наиболее выгодных условий.
С 1 октября 2026 года семейная ипотека существенно изменилась. Вместо единой ставки 6% для большинства новых кредитов ввели дифференцированную систему.
В регионах за пределами Москвы, Санкт-Петербурга, Московской и Ленинградской областей семья с одним ребёнком младше 7 лет может получить кредит под 10%, с двумя детьми — под 8%, с тремя — под 6%, с четырьмя — под 4%, с пятью и более — под 2%. Для четырёх столичных регионов ставки на 2 процентных пункта выше.
Изменились также максимальные суммы кредита. Для семей с одним ребёнком в большинстве регионов лимит составляет 6 млн рублей, с двумя — 8 млн, с тремя и более — 10 млн.
Сохраняются специальные условия для отдельных категорий семей и целей кредитования, включая приобретение жилья при наличии ребёнка с инвалидностью и строительство индивидуального жилого дома.
Ещё одно нововведение — ограничение периода субсидирования 15 годами для новых договоров. Для покупателя важно понимать, на каких условиях кредит будет обслуживаться после завершения льготного периода, если договор заключён на более длительный срок. Экономическая логика таких изменений понятна: государство хочет направлять средства конкретным семьям, а не всем желающим приобрести квартиру в новостройке.
Однако для покупателя, который вчера соответствовал условиям более дешёвого кредита, а сегодня рассчитывает на менее выгодную ставку, это не отвлечённая бюджетная стратегия. Это вполне конкретные дополнительные тысячи рублей ежемесячно.
Чтобы понять, почему ипотечный рынок так зависит от господдержки, достаточно обычного расчёта.
Квартира стоит 8 млн рублей. Первоначальный взнос — 1,6 млн. Остальные 6,4 млн покупатель занимает у банка на 15 лет. При ставке 6% ежемесячный платёж составит около 54 тыс. рублей. При 10% — уже 68,8 тыс. При рыночных 18% — примерно 103,1 тыс. рублей. Разница между первым и третьим вариантами — почти 49 тыс. рублей ежемесячно. За год это около 589 тыс. рублей дополнительных выплат. Причём квартира одна и та же. Не меняются ни её площадь, ни расположение, ни вид из окна. Меняется только стоимость денег.
Для семьи такая разница может оказаться решающей. Но именно здесь и находится неприятная часть ипотечной арифметики.
Допустим, низкая ставка позволяет человеку платить меньше процентов, однако за несколько лет квартира существенно дорожает. Покупателю требуется больший первоначальный взнос, а размер займа увеличивается.
И тогда уменьшение ставки уже не означает пропорционального улучшения доступности недвижимости.
Председатель Банка России Эльвира Набиуллина 12 ноября на заседании Госдумы сформулировала главную мысль: гражданам нужна не просто доступная ипотека, а доступное жильё.
Выгода от льготных кредитов, по её оценке, была в значительной степени поглощена увеличившимися ценами.
Именно поэтому покупателю стоит сравнивать не только ипотечные проценты. Не менее важны цена квартиры, первоначальный взнос, общая сумма выплат и стоимость альтернативного жилья.
Льготная новостройка может оказаться дешевле по ежемесячному платежу, чем квартира на вторичном рынке. Но это ещё не означает, что она выгоднее по полной стоимости приобретения.
Это, пожалуй, главный вопрос для тех, кто пока не купил жильё. Ответ менее приятен, чем хотелось бы: не обязательно.
Сокращение льготной ипотеки уменьшает число покупателей, которые могут позволить себе новостройку. Но застройщик не всегда готов немедленно снижать цену. У него уже есть обязательства перед банками, подрядчиками, поставщиками материалов и покупателями ранее проданных квартир. Значительная часть расходов была понесена ещё до того, как дом появился на рынке.
Поэтому снижение спроса может вызвать не только скидки, но и перенос сроков запуска следующих проектов. И первые признаки осторожности уже заметны.
По данным ДОМ.РФ, в октябре 2026 года российские девелоперы вывели на рынок около 3 млн кв. метров новых жилых проектов — на 32% меньше, чем годом ранее. За январь–октябрь объём запусков составил 32,1 млн кв. метров, сократившись на 1%.
Конечно, один слабый месяц ещё не означает строительного кризиса. Объём уже возводимого жилья остаётся значительным, а часть новых запусков переносится между периодами.
Но тенденция заслуживает внимания. Если застройщики начнут систематически сокращать запуск домов, через несколько лет покупатели могут столкнуться с ограниченным предложением.
Получается ещё одна неприятная зависимость. Сегодня государство сокращает субсидии, чтобы перестать подогревать цены. Но если одновременно строительные компании начнут меньше строить, дефицит предложения в будущем способен снова подтолкнуть стоимость квартир вверх.
Снижение спроса не всегда приводит к дешёвому жилью. Иногда оно сначала приводит к тому, что нового жилья становится меньше.
Девелоперы уже ищут другие способы поддерживать продажи: предлагают рассрочки, скидки, отделку, дополнительные услуги. Но рассрочка не делает квартиру автоматически доступнее. Она лишь меняет график платежей.
По оценке Банка России, на 1 марта 2026 года обязательства граждан по покупке строящегося жилья в рассрочку достигали 1,6 трлн рублей.
Часть покупателей рассчитывает позже заменить рассрочку ипотекой. Однако если банковская ставка останется высокой, а доходы не вырастут, первоначально удобная схема может обернуться серьёзной финансовой нагрузкой.
Это не означает, что все рассрочки опасны. Но показывает, почему новые механизмы продаж требуют не меньшего внимания, чем ипотечные программы.
Банк России предлагает свой ответ: необходимо добиться устойчиво низкой инфляции. На заседании 23 октября ЦБ сохранил ключевую ставку на уровне 14% годовых. Согласно обновлённому прогнозу регулятора, средняя ключевая ставка в 2027 году составит 12,5–13,5%, в 2028-м — 9–10%.
Однако прогноз не равен обещанию!
Даже снижение ключевой ставки до однозначных значений не гарантирует появления массовой рыночной ипотеки под 6%. Банки оценивают долгосрочные инфляционные ожидания, стоимость привлечённых денег, риски заёмщика и другие обстоятельства.
Тремасов на Уральском форуме недвижимости говорил о необходимости длительного периода устойчиво низкой инфляции, после которого участники рынка смогут больше доверять стабильности цен. Это означает, что быстро заменить государственные ипотечные программы дешёвыми коммерческими кредитами не получится.
И здесь у государства возникает сложный выбор.
Если поддерживать спрос широкими льготами, сохраняется риск нового роста стоимости недвижимости и увеличения бюджетных расходов. Если сокращать субсидии слишком быстро, часть покупателей уйдёт с рынка, а застройщики могут начать меньше инвестировать в новые проекты. При этом оставлять всё как есть тоже дорого.
Массовая ипотека стала примером того, как временная государственная помощь способна изменить экономику целой отрасли. Она позволила миллионам людей раньше приобрести жильё, поддержала строительную индустрию и банковское кредитование. Но одновременно способствовала росту цен и сформировала зависимость от бюджетного финансирования. Теперь эту зависимость приходится постепенно сокращать.
У российской ипотечной политики сменился главный вопрос. Раньше власти прежде всего стремились увеличить количество выданных кредитов. Чем больше семей покупало квартиры, тем убедительнее выглядели результаты программы. Теперь выясняется, что число ипотечных договоров не всегда отражает доступность жилья.
Можно выдать рекордное количество кредитов, построить новые жилые комплексы и при этом получить ситуацию, когда квадратный метр относительно зарплаты стоит дороже, чем прежде.
Можно снизить процентную ставку для одной группы покупателей, одновременно сделав условия приобретения жилья менее выгодными для другой.
Можно отменить массовую программу, но ещё много лет оплачивать её последствия из бюджета.
Главный вывод из выступлений Тремасова и Набиуллиной состоит в том, что государственная поддержка должна решать конкретную социальную задачу, не превращаясь в постоянный источник дополнительного спроса для всего рынка новостроек.
Но у этой позиции есть и уязвимое место.
Если доступность жилья должна обеспечиваться прежде всего умеренными ценами и рыночными кредитами, необходимо добиться условий, при которых строительная отрасль сможет увеличивать предложение без постоянного субсидирования покупателей.
Иначе дорогая ипотека начнёт сдерживать спрос, застройщики сократят новые проекты, а высокие цены сохранятся из-за недостатка предложения.
Российская жилищная политика оказалась между двумя неудачными крайностями: дешёвые кредиты при дорогих квартирах и дорогие кредиты при квартирах, которые дешеветь не спешат.
Ни одна из них не делает собственное жильё по-настоящему доступным. Именно поэтому главный результат отказа от массовой льготной ипотеки следует измерять не количеством отменённых субсидий и даже не объёмом сэкономленных бюджетных средств. Значение имеет гораздо более простой показатель: сколько квадратных метров сможет купить семья на свои доходы, не превращая следующие 20–30 лет жизни в непрерывную борьбу с ипотечным платежом.
Пока эта величина не начнёт устойчиво расти, спор о том, кому положена льготная ставка, будет оставаться спором о способе финансирования дорогого жилья.
А не о том, как сделать его доступным.
Интерфакс — «Советник Набиуллиной усомнился в повторении массовой льготной ипотеки», 18 ноября 2026 года.
Коммерсантъ — «ЦБ: льготная ипотека уменьшила доступность жилья для населения», 18 ноября 2026 года.
Банк России — «Выступление Эльвиры Набиуллиной на пленарном заседании Государственной Думы по Основным направлениям денежно-кредитной политики на 2027–2029 годы», 12 ноября 2026 года.
Эксперт РА — «Рынок жилой недвижимости: в заложниках у жёсткой ДКП», ноябрь 2026 года.
Банк России — «Обзор рынка ипотечного жилищного кредитования за сентябрь 2026 года».
Интерфакс — «Расходы бюджета на льготные ипотечные программы в 2026 году составят 1,6–1,7 трлн рублей», 21 октября 2026 года.
Минфин России / КонсультантПлюс — «С 1 октября 2026 года меняются условия программы льготного ипотечного кредитования "Семейная ипотека"».
Банк России — «Банк России оценил разрыв цен между первичным и вторичным рынками жилья в 9–18%».