04.07.2026 10:27

3,5 трлн рублей прибыли банков против стагнации реального сектора: арифметика финансового каннибализма

3,5 трлн рублей чистой прибыли банковского сектора по итогам 2025 года. Это лишь на 8 % ниже абсолютного рекорда 2024 года, когда банки заработали 3,8 трлн рублей. На фоне этих цифр разговоры о том, что финансовая система служит интересам реальной экономики, выглядят как плохая шутка. Мы наблюдаем не классическое кредитное посредничество, а механизм одностороннего изъятия ренты. Банки перестали быть кровеносной системой производства. Они превратились в финансовый шлюз, который перекрывает ток капитала, накапливая его на своих балансах ради фиксации рекордной прибыли.

Фундамент этого благополучия заложен в период действия ключевой ставки 21 %, которая удерживалась Банком России с октября 2024 по июнь 2025 года. Для корпоративного заемщика это означало стоимость денег 25 % годовых и выше. Секрет банковских сверхдоходов кроется не только в ставке ЦБ. Кредитные организации агрессивно расширили спреды, добавив 5-6 % сверх базового ориентира.

Это не премия за риск, это монопольная рента в условиях, когда у бизнеса нет альтернативных источников финансирования. Проекты в обрабатывающей промышленности и гражданской инфраструктуре, не подпадающие под узкие критерии гособоронзаказа или приоритетных льготных программ, просто перестали сходиться в экономике. Ожидаемая доходность не перекрывала стоимость заемных средств. Инвестиции в расширение остановились.

Концентрация капитала в руках государственных игроков усугубляет ситуацию. Сбербанк, формирующий основу системной ликвидности, по итогам 2024 года направил акционерам 787 млрд рублей дивидендов. По результатам 2025 года на выплатку рекомендовано около 850 млрд рублей. Эти колоссальные суммы физически изымаются из оборота.

Они не реинвестируются в новые кредитные линии для производственных проектов. Деньги уходят в бюджет или частным инвесторам, оседая в потреблении или на счетах, но не возвращаясь в реальный сектор в виде станков, технологий или логистических хабов. Государство, выступая основным акционером, фактически самофинансирует свои расходы за счет прибыли, извлеченной из той же экономики, которую потом вынуждено субсидировать.

Рыночное кредитование населения фактически умерло. Объемы выдачи рыночной ипотеки рухнули до 1,2 трлн рублей в 2024 году с 4,7 трлн рублей в 2023 году, и эта депрессия сохраняется. Банки выживают за счет двух потоков: рыночного кредитования под заоблачные проценты тех, кто еще способен платить, и льготных программ, где разницу до рыночной ставки компенсирует бюджет. Это гениальная, но разрушительная для страны модель.

Банк получает безрисковую маржу по госпрограммам, а реальный сектор и население либо деградируют, либо требуют прямой адресной поддержки из казны. Бюджетные расходы растут, чтобы компенсировать то, что нормальная банковская система должна была бы финансировать самостоятельно.

Формируется классический макроэкономический тупик. Высокая стоимость капитала убивает создание новых мощностей. Отсутствие новых мощностей означает, что предложение товаров и услуг не растет. Дефицит предложения разгоняет инфляцию.

Инфляция вынуждает ЦБ держать ставку высокой, чтобы ее подавить. Высокая ставка снова бьет по производству. На каждом этапе этого цикла банки фиксируют прибыль. Они не заинтересованы в снижении ставок, потому что текущая конъюнктура позволяет извлекать из заемщиков максимум.

Геополитическая нестабильность и структурная трансформация экономики используются не как вызов для модернизации, а как идеальное прикрытие для максимизации процентного дохода.

Но у этой модели есть жесткий предел, который сама банковская система, похоже, игнорирует в погоне за отчетными показателями. Ресурсы реального сектора не бесконечны. Когда предприятия и граждане исчерпают возможность обслуживать долги под 25 % годовых, начнется лавинообразный рост просроченной задолженности. Корпоративные NPL уже ползут вверх. Банкам придется массово досоздавать резервы, что напрямую ударит по их капиталу и финансовой устойчивости. Выбрав тактику сиюминутного выжимания максимума из заемщиков, кредитные организации закладывают фундамент для собственного кризиса.

Текущая конфигурация банковской системы РФ перестала выполнять свою базовую функцию — циркуляцию капитала в производительные активы. Она работает как насос, перекачивающий ресурсы из производственной сферы в финансовую.

Внешние шоки и внутренние дисбалансы используются для оправдания жесткой денежно-кредитной политики, которая объективно работает против долгосрочного развития страны. Банки выбрали стратегию финансового паразитизма, и этот выбор уже сегодня ограничивает инвестиционную активность, делая экономику уязвимой перед лицом любых долгосрочных вызовов.

Источники данных:

Банк России — Статистика прибыльности российского банковского сектора за 2024-2025 годы.
Сбербанк — Годовой отчет и рекомендации по дивидендам за 2025 год.
Коммерсантъ — Банки расширили спреды по корпоративным кредитам на фоне жесткой ДКП.
РБК — Объемы рыночной ипотеки в РФ упали до минимальных значений.
Ведомости — Рост просроченной задолженности корпоративных заемщиков в 2025 году.

«ИНФОРМЕР»

Следите за нашими новостями в удобном формате

Перейти в Дзен

Подписывайтесь на наш телеграм-канал «INFORMER», чтобы быть в курсе всех новостей и событий!

Следующий материал